ЖАЖДА

Как часто я испытывал жажду. В своих степных походах в своем далеком и ясном детстве… Всё потому, что из реки не пил, а до колодца в селе, пока дойдёшь до него—может быть очень долго… И все те ощущения физической усталости и в то же время гордости за пройденное и добытое—там рыбёшка, другая, но главное же впечатления от своих походов в одиночку к дальним берегам… Разве такое забывается—каждая встреча в моих первых вылазках,  всё преодоленное препятствие. Люди редко ценят близких, пока не потеряют их. Как данность тогда воспринимал, что меня ждут всегда дома. Мне рады, меня кормят, обо мне заботятся, мне доверяют безусловной любовью…  Конечно за меня мои бабушки переживали, но в то же время они мне полностью доверяли. Это неподкупное ощущение, дающее уверенность в себе, помогающее преодолеть любое недоверие. Вначале были удочки. Потом спиннинг. Я редко с собой брал бидон, чтоб лишнее не таскать. И это почти всё, что нужно, чтоб полностью выпасть из даже такого привычного теплого детского мирка. У меня не было ни брата, ни отца. А мне их так всегда не хватало—во всём и всюду. Ну да были друзья—но то всё до поры и от случая к случаю, а вот с кем обсудить свои беды и радости—пусто.. Эту пустоту научился заполнять сначала книгами, потом общением по работе, потом уж и в путях…

Но главная жажда жизни—желание жить и радоваться всему, что даёт нам каждый день. Оно же может быть только разделено с остальными, такими ж крохотными, подвижными, восторженными человечками — как и ты сам. Бесконечные купания и потом зимние горочки—всё это конечно часть бесконечного жизненного подъема, который взрослые оценивают скептически.. Сколько было игр, поездок на велике в самые отдалённые части степи, речек—это отдельная тема – сейчас кажется нереальным такой охват территории за небольшие полгода теплых дней года.

Вовка Лянге часто страдал от наших игр—раз он в мокрую формочку плеснул раскалённого свинца, в другой размахался жжёной резиной, её ошмётки капнули ему за шиворот—бегал кругом –то конечно очень страшно было—но вначале просто смешно—такая резкая перемена в повадках. А какие роскошные купания можно было устраивать недалеко от въезда в село—перед клубом у грейдера была лужа после очередного большого степного ливня… Вот где было круче чем в речке!

Коротание вечеров за советскими, такими добрыми, внятными и простыми фильмами, где добро всегда добро, зло случайно, а дружба и любовь всеохватывающи, вездесущи и самые настоящие… Перечислять эти ленты можно бесконечно: «Дети капитана Гранта», «Капитан Немо», «Джура—охотник из Мин-Архара», «Три Мушкетёра», «Граф Монте-Кристо» и так далее до бесконечности. Когда шли фильмы по определённым каналам, которые допустим, плохо ловились у нас—можно было легко и просто напроситься в гости к соседям! И устроить такой неповторимый вечер добра.
Вообще эта способность ходить в гости к каждому, кто нравится, она, наверно, у всех нас осталась. Кто-то перестроился под изменившиеся нравы и общается по регламенту, но стоит встретить старых знакомых, пусть даже в сети—все условности отпадают, ты начинаешь жить и верить опять. Зайти в гости и не напроситься на чай невозможно. Каждый старается быть гостеприимным всюду. Опять же времена могут и меняться—но люди-то остаются прежними—какими они были и тогда.  Один визит к Витьке Квинту уже в Германии меня потряс, как и работа младшего из братьев Байлей Эдика—что тот, что второй, живут точно так же как в Казахстане. Один чуть ли не кроликов во дворе своего дома разводит с беседкой и мотоциклом; а второй пашет на ферме на тракторе…
Вот таким я и сам остался—способным ходить в гости к кому угодно и куда угодно.
Детство и юность не перечеркнуть след.этапом

Комментарии: (1)

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста