Бабушка Маша

Чем дольше живу—тем точнее вспоминаю каждый взгляд и слово и образ своей бабушки. Той, которая меня вынянчила и по-сути воспитала—Марии Андреевны Савинкиной-Гоевой. Помню, как позвонил ей последний раз из Иркутска. Она уже плохо слышала, в свои 92 года—то была старшая сестра моей родной бабушки Анны. Её уже не было в живых, а бабушка Маша всё жила. Наконец, расслышав кто звонит, она вскричала: «Миша, это ты!?!» И прочее личное, я не выдержал—была зима, пошёл на Ангару, стояли морозы, лёд взялся достаточно далеко, несмотря на течение и просто разревелся как ребёнок. Выходит, меня взрастила прежде всего она—баба Маша, Бабаня всегда была на работе, на вызовах, мама повторила её опыт в дикой форме гораздо конкретней.
Детьми занимается тот, кто сидит с ними дома. И вот сейчас дилемма уже нашей семьи—кто же будет сидеть с детьми—я или мать их или же их прабабушка—бабушка Ираида. По себе знаю детскую память—родным считается тот, кто был рядом больше всего—не уходил вникуда, мог вынести все и во всем помочь, с кем можно было играть и делиться самым сокровенным и своим. Детей нельзя оставлять одних. Им всегда нужен старший наставник. Даже такой странный как я. А чего уж там—вырасти мне можно было только в книгах—львиную долю времени им и посвящал… Чему жертвуешь себя всего без остатка—то становится твоей сутью и формирует твое мышление.
Сейчас это звучит дико—но бабушка Мария была безграмотной—то есть ни читать, ни писать она не умела! И конечно у ней был ужас перед теми, кто всё свободное время проводил с книгами. С точки зрения тех, кто в них не увидит смысла—то конечно безумие—тратить свою жизнь на них. И потому помню её же ужас, когда в очередной раз, заглядывая в мою комнату, она вскрикивала—опять читаешь! Перестань быстро! Но чем заняться ещё в городской квартире—дрова рубить?..
Конечно, до того, живя с бабушками в деревне, особенно летом дома так просто не сидел – гулял. Но в городе во дворе мне было не то что не уютно—бессмысленно торчать у подъезда, игр и простора тех, что нужны каждому ребенку в городе вообще нет и быть не может. Всё настолько тесно, сжато, передавлено и нелепо смещено—что от точки до точки ходить-то ещё можно, ведь радости сам процесс прогулки по занятым машинами, асфальтом, бетоном тропам не получишь. И тогда я открыл себе библиотеки. Ведь кроме школы и квартиры куда-то ходить школьнику нужно. На секции меня не определяли долго—до 15 лет! Сам маленький человек, что может себе найти в большом городе?

Только то, что уже открыл себе сам дома—книги, где их ещё больше. И ничто не имело смысла в целом мире. Ну разве что ещё марки—живопись. Картинки иных широт.
Если у человека пусть даже ещё небольшого есть некие интересы, увлечения и потребности—то он находит себе формы их удовлетворения как ни странно сам всюду. Кроме чтения и прогулок за книгами и ради книг ничто меня не могло увлечь в городе, куда я попал в свои 9 лет вдруг один. Мама всегда много работала. Бабушка сидела дома. Готовила, стирала, прибирала. Ждала меня. И лучшая радость—более чем закреплённый рефлекс—прийти домой и выпить чаю с чем-то, заев. Вера в то, что куда бы ты ни пришёл тебя ждут и накормят она неистребимей самой жизни.

И зная это—самая древняя традиция гостеприимства не просто потакает потребностям гостя, а деликатно удовлетворяет основной человеческий инстинкт—даже не голода, того, что тебя ждут—тебе рады. Тогда ты сам становишься рад—ты возвращаешь это состояние тебя приютившим—оно как огонь. Всё в жизни есть только энергия и информация. Передавая свою энергию через пищу жизни, люди тем самым получают взамен информацию—сытый, довольный человек совсем другое дело ведь. Приходящие люди—не твои близкие—они совсем другую несут идею. На пути человека повидать – очень много. В пути человек необычный, в нем всё раскрыто, всё интересно, вся ярко, замечали? Не встреть его хорошо—так он своё раскрытое дальше и понесет, а к концу пути створки и закроет.

Комментарии: 2 комментария

  • Вот еще бы дедушек-прадедушек для равновесия. Тогда было бы легче.

  • Дети это время, а время это дар вне времени… Сейчас истинность в природе и тонких восприятиях действия к ней, что мы сейчас наблюдаем все… Это то что внешний мир становится ядом… А внутренний всегда вечный и драгоценность… Истина сейчас в эпоху лжи,-это когда внутренний мир преображение внешнего, кругом только и забота о деньгах, и тех псевдо-институтах, которые навязаны системой, где ложь — трактат в изобилии

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста